Jump to Navigation

Заместитель министра

Георгий Яковлевич Пясецкий (1915—1980 гг.) был заместителем министра Морского флота СССР с 1974 года и до последних дней. Он рано ушел от нас по всей вероятности в связи с тем, что в жизни пришлось ему пережить много трудностей, порой драматического характера.
Кстати, само его назначение на эту должность было небезоблачным. Его назначали «решением сверху» без согласования с тогдашним министром Т.Б. Гуженко, который был в командировке в Японии. Министр был буквально разъярен, и чувство раздражения никогда не скрывал и сохранил его надолго.
Г.Я. Пясецкий был назначен на должность заместителя по строительным вопросам. Ему непосредственно подчинялись все строительно-монтажные тресты пароходств, проектно-изыска- тельные организации во главе с московским «СоюзморНИИпроектом» (в его состав входил и одесский «Черно- морНИИпроект»), все стройки береговых объектов, которые выполнял Мин- морфлот подрядным и хозяйственным способом, и плюс к этому ряд вспомогательных служб и организаций.
Георгий Яковлевич быстро вошел в курс дела по управлению этим хозяйством. Тем более что было, на что опереться, — он пришел на эту должность после ввода в эксплуатацию металлургического комбината в Турции, который строился по проекту и с помощью специалистов из СССР. Пясецкий возглавлял это строительство и имел документ, подтверждающий, что предъявитель его является вице-премьером Турции.
Будучи организатором, вдохновителем и активным участником наиболее важных исследований в области порто- строения, Георгий Яковлевич являлся, прежде всего, инженером с большой буквы, с огромным опытом строительной практики. Под его руководством построены Красноводский и Сочинский морские порты, Бакинская судостроительная верфь, морской порт Ходейда на Красном море, Сайменский судоходный канал, многие другие объекты, включая стройки в Турции.
Впервые я встретил фамилию Пя- сецкого на мраморной доске у входа в морской вокзал Сочинского МТП. Он руководил строительством всего порта, включая сооружение оградительного мола со встроенным волно- измерительным массивом. Пустотелая конструкция позволяла фиксировать не только все параметры волн, включая штормовые, но и измерять донные нагрузки. Впоследствии, когда я работал заместителем начальника Дальневосточного морского пароходства, Георгий Яковлевич рассказал мне, как при строительстве оградительного мола он попал в крайне неприятную историю. Все могло закончиться очень печально, потому как дело дошло до самого Сталина.
Перед началом Великой Отечественной войны в Сочи были изготовлены несколько сотен массивов-гигантов, которые после начала боевых действий были затоплены. После войны их подняли и пустили в дело. Но чтобы за это выплатить людям зарплату, необходимо было произвести некие действия с деньгами, которые из-за бюрократизма тогдашнего строительного законодательства для несведущего человека выглядели преступными. Тут же нашлись «знатоки», которые сигнализировали «наверх», что в Сочи раскрадываются государственные средства. Все вышестоящие органы, в том числе партийные и МВД, не читали или не хотели читать до конца бумаги, составленные в обоснование необходимости поступить так и только так, как сделал Георгий Яковлевич. Только когда вопрос стал рассматриваться на самом верху, решено было привлечь в качестве арбитра специалистов Союзстройбанка. И те подтвердили, что действия Пясецкого были абсолютно правильными. Но сколько нервов, времени это стоило Георгию Яковлевичу.
Хотя находиться под угрозой расстрела ему довелось не раз. Инженер- гидростроитель, он был командирован в Красноводск для организации там выгрузки вагонов, перевозимых морем с помощью барж. А было это в 1942 году, в период, когда фашистские войска рвались к Кавказу. Осмотрев порт, в котором, кроме мелководных причалов и единственного автокрана грузоподъёмностью в 3 тонны, ничего не было, Георгий Яковлевич пошел докладывать генералу о том, что выгружать вагоны нечем. Генерал, чья «резиденция» находилась здесь же в вагоне, сказал ему: «Послушай, старик (Георгию Яковлевичу в то время было всего 27 лет), если не придумаешь, как выгружать вагоны, я вынужден буду расстрелять тебя, как только баржи с вагонами прибудут в порт. У тебя есть 2 дня. Кстати, если и дальше не будет способа их выгрузить, то расстреляют и меня за невыполнение задания».
В стороне от порта были забиты сваи под пирс, уходящие в море, видимо, для швартовки рыбацких сейнеров и шаланд. Настил пирса был сорван на дрова (кругом пустыня, леса нет), но сваи надёжные, крепкие. Что-то толкнуло Пясецкого померить ширину сваи. Оказалось — 1520 миллиметров — размер колеи железнодорожного полотна. Дальнейшее понятно: по сваям проложили рельсы, по ним вагоны из барж выкатывались на берег.
Расскажу еще об одном случае, который произошёл на Дальнем Востоке. Дело в том, что в конце 1974 года вышло постановление правительства о том, что монтаж импортного оборудования должен финансировать заказчик путём бронирования всей суммы средств, и до выполнения этого выплаты было запрещено производить. В это же время для Восточного порта японцы поставили оборудование для монтажа на угольном терминале стоимостью 40 млн рублей. А это стакеры, реклаймеры, погрузочные машины, станция вагоноразгрузки, километры ленточных транспортёров и многое другое. Но начинать монтаж можно было не ранее мая—июля, до этого все эти 40 млн рублей должны быть заморожены. А строителям надо покупать цемент, шпунт, кирпич, железобетон, да и зарплату надо тоже два раза в месяц выплачивать.
Мы из пароходства и крайкома КПСС написали гору писем, радиограмм, но всё упиралось в председателя Союзстройбанка Зотова. А тот запретил кому-либо из замов этот вопрос рассматривать. Он ждал, чтобы к нему приехал министр морского флота и слёзно об этом попросил.
Тимофей Борисович Гуженко не хотел ехать на поклон. Видимо, он знал о роли Зотова в назначении заместителя министра. Короче говоря, оба великовозрастных государственных мужа, наделённые властью, решили «показать характер». А чтобы Пясецкий не надоедал каждый день со своими просьбами, министр отослал его в командировку в Находку.
Георгий Яковлевич прибыл ни с чем. А мы все, заказчики и строители, надеялись, что ему удастся уговорить Зотова. Тут мне и пришлось вспомнить об обещании председателя крайисполкома И. И. Штодина решить любой вопрос с председателем Союзстройбанка СССР, но только один и очень серьёзный. С Зотовым он встречался раз в год в Приморье. Зотов был депутатом Верховного Совета СССР от Приморского края. Договорились с Георгием Яковлевичем, что он не встречается ни с кем, сидит в гостинице, пока я не возвращусь из поездки во Владивосток.
Ехал я в машине и загадывал: надо, чтобы Штодин был в 16 часов (по Москве — 9 часов утра) не в командировке, не на совещании, а на своем рабочем месте; надо, чтобы он принял меня, выслушал и согласился помочь; надо, чтобы он был «в духе» и согласился изменить своё решение; надо, чтобы последовала его команда разблокировать средства; надо, чтобы это все совпало и быстро дошло до исполнителей.
Как хотелось, так и получилось. Все оказались на месте, всё прошло, как по нотам. Утром я был уже в Находке, уговорил управляющую отделением Стройбанка JI. П. Сурикову отдать мне на полчаса правительственную телеграмму за подписью председателя Союзстройбанка СССР. И через 5 минут я постучал в дверь «люкса», где располагался Георгий Яковлевич со своей женой Стеллой Семёновой — он пригласил её сопровождать его в этой сложной поездке. Я, еле сдерживая себя от радости, неторопливо, разделся и только потом вручил ему правительственную телеграмму. Она гласила: «Разбронируйте средства по Восточному порту. Зотов».
Георгий Яковлевич постоянно и очень предметно занимался каждой стройкой, каждым вводимым объектом. Следил, как идут работы, как комплектуется будущий эксплуатационный персонал, делился своим богатым опытом, почерпнутым в самых различных производственных и жизненных ситуациях. Особое внимание он уделял перспективному развитию портов, судоремонтных заводов и других предприятий отрасли. Следил, несмотря на известное сопротивление подрядчиков, на надлежащее строительство объектов жилищного и культурно-бытового назначения, особенно детских садов, школ, больниц и др. Всё это приходилось отстаивать и перед строителями и перед представителями партийно-государственного аппарата, так как сначала строились и сдавались в эксплуатацию причалы, склады, цеха. А вот как они будут использоваться, как будут люди жить и работать — об этом думали в последнюю очередь. Такие вопросы решались каждый день, не добавляя здоровья Георгию Яковлевичу. В очередной раз заболев, он уже не возвратился.


Виктор ЯЦЕНКО,

профессор, доктор экономических наук

rubrics_PU:


Articles | by Dr. Radut