Jump to Navigation

Легендарные рейсы «Комсомола»

Начало 30-х годов прошлого века характеризовалось интенсивным пополнением в СССР торгового флота. Это было связано с расширением внешнеторговых связей страны. В числе новых судов был и теплоход «Комсомол». Построенный в 1932 году на Северной судостроительной верфи в Ленинграде, он был детищем первой пятилетки, отвечал всем требованиям того времени.
«Комсомол» был передан Черноморскому пароходству и получил «одесскую прописку». Это был грузовой теплоход с наибольшей длиной — 121,2 м, шириной — 16,2 м, осадкой в грузу — 7,5 м. Дедвейт — 7560 тонн. Мощность главной силовой установки 2700 л.с. позволяла развивать скорость порядка 11,5 узлов.
Судно обслуживало Черноморско-Балтийскую линию Одесса — Ленинград и вскоре выдвинулось в число передовых судов Черноморского пароходства. Экипаж судна неоднократно становился победителем во внутрибассейновом соревновании. 
Возглавлял с 1936 года экипаж теполохода «Комсомол» опытный капитан Георгий Афанасьевич Мезенцев, выпускник Одесского морского техникума 1924 года.
... Осень 1936 года. В Одесском порту «Комсомол» находился под погрузкой пшеницы. Зкипаж готовил судно к очередному рейсу, заканчивал установку во втором трюме разборных деревянных продольных переборок-шифтингов для предотвращения пересыпания зерна на борт и образования вследствие этого опасного крена судна во время сильной бортовой качки.
Прибывший неожиданно на судно начальник пароходства проинформировал капитана Мезенцева о необходимости прекратить погрузку, выгрузить уже погруженное зерно, демонтировать шифтинги и срочно сниматься на Феодосию, где грузоотправителем будет Наркомат обороны.
Каких-либо других разъяснений начальник пароходства не дал. В каюте капитан Мезенцев и первый помощник капитана Аугуст Михайлович Кульберг, обсудив ситуацию, предположили, что судно пошлют с каким-то грузом в Испанию.
Как известно, победа, одержанная Народным фронтом на выборах в кортесы (парламент) в феврале 1936 года, открыла новый период развития Испанской Республики. Было сформировано левореспубликанское правительство. Однако крупные землевладельцы-латифундисты, хозяева заводов и фабрик не могли смириться с поражением. 17—18 июля в Испании вспыхнул военно-фашистский мятеж. Начался период гражданской войны. Большую военную помощь мятежникам генерала Франко оказывали гитлеровская Германия и фашистская Италия. На помощь защитникам республики пришли интербригадовцы из многих стран мира. Советский Союз также оказывал испанским патриотам политическую, дипломатическую, экономическую и военную помощь.
Когда судно прибыло в Феодосию, началась погрузка автомашин, 50 танков Т-26, боеприпасов, бензина, различных других грузов для республиканской Испании. Были приняты на борт экипажи танков под командованием полковника С. М. Кривошеина. Уполномоченный Наркомата обороны подтвердил секретность задания правительства, проинформировал о всех особенностях рейса, напомнил, что судно пойдет без охраны. Он также предупредил, что официально, по бумагам теплоход следует в Мексику, только перед Гибралтарским проливом необходимо повернуть к испанским берегам. Коносаментов, манифеста, других документов на груз не будет, а в Картахене придет один человек. Назовется Николасом, он примет весь груз: танки, автомашины, бензин, снаряды.
С окончанием погрузки «Комсомол» отошел от причала... Пройдены Босфop и Дарданеллы. На подходе к Картахене заметили немецкий крейсер и эсминец, курсировавшие вдоль берега. Помощь мятежникам оказывали соединения немецких и итальянских боевых кораблей, среди которых были немецкие «карманные» линкоры «Шпеер» и «Лютцов».
С постановкой к причалу в Картахене во внутренней гавани на борт «Комсомола» поднялся Николас, началась выгрузка. Выгруженные танки, прибывшие на «Комсомоле», еще стояли за высоким кирпичным забором, а весь город только и говорил об этом событии. Население ликовало. Когда танки появились на улицах Картахены, направляясь своим ходом по назначению, их встречали приветственными возгласами: «Вива руса!», береты взлетали вверх. Десятки тысяч людей вышли встречать первое судно, доставившее республике оружие.
Днем и ночью ни на час не прекращалась разгрузка судна. Кстати, именно советские танки Кривошеина дали отпор фашистам под Мадридом, и, очевидно, именно тогда франкисты решили во что бы то ни стало расправиться с советским теплоходом.
Перед отходом на теплоход приехали попрощаться с моряками С.М. Кривошеин и Николас — Николай Герасимович Кузнецов, впоследствии Народный комиссар Военно-Морского Флота СССР. Они пожелали экипажу счастливого плавания, а Мезенцева предупредили о том, что в море рыщут немецкие корабли.
С приходом в Одессу экипаж «Комсомола» получил новое задание — доставить в Аликанте автомашины, бензин, медикаменты, продукты, а также подарки советского народа жителям Аликанте и Валенсии.
Уместно заметить, что еще перед первым рейсом к экипажу обратился представитель Наркомата обороны, прозвучали вроде бы будничные слова. Если кто-либо устал, не находит в себе силы, если болен — заявите об этом. Вас никто не осудит, решение только добровольное. Но ни один из 36 членов экипажа не остался на берегу. 
Во второй рейс на «Комсомоле» пошел известный детский писатель Лев Кассиль. Выгрузив часть груза в Аликанте, через несколько дней «Комсомол» снялся на Валенсию. Были такие разговоры, что с прибытием судна в Валенсию в садах города срезали все розы, чтобы подарить их советским морякам. Каждый, кто пришел утром на причалы, держал в руках букет роз. Десятки тысяч жителей Валенсии приветствовали наших моряков. Из далеких селений на судно приезжали крестьяне, они втаскивали на палубу ящики с мандаринами и апельсинами. Экипаж пытался вежливо отказаться, но куда там... Теплоход стал напоминать оранжерею. А у капитана впервые в жизни заболела рука от крепких дружеских рукопожатий испанцев.
Еще в начале 90-х в Совете ветеранов ЧМП Н.В. Галиченко, который работал когда-то электромехаником на «Комсомоле», рассказывал нам:
— Невзирая на сложность ситуации в республике, жизнь шла своим чередом. И нас моряков пригласили на футбол в Валенсии. На стадионе было 80 тысяч человек, но игра не началась, пока первый удар по мячу не нанес, конечно, символически, Георгий Афанасьевич Мезенцев, а весь стадион скандировал «Вива, руса!»
В своей книге «Единственный путь» известный деятель испанского и международного коммунистического движения Долорес Ибаррури, спустя много лет после описанных событий, отмечала: «Во время этих длительных путешествий советские моряки, стремившиеся во что бы то ни стало доставить республиканской Испании необходимые ей грузы, сплошь и рядом показывали волнующие примеры героизма и самопожертвования. Так поступила, например, команда незабываемого теплохода «Комсомол». Матросы этих судов — подлинные рыцари моря...». Бережно хранил Георгий Афанасьевич эту книгу — память о встрече с легендарной Пасионарией.
2 декабря 1936 года «Комсомол» ошвартовался в Поти, встав под погрузку марганцевой руды, адресованной в бельгийский порт Гент. Новое плавание казалось делом простым и совершенно безопасным: мирный груз, нейтральная страна... Поэтому в последний рейс года моряки уходили с приподнятым настроением. Завершив его, они становились победителями соревнования среда судов ЧМП. Однако чувство опасности не покидало моряков. Они знали, что рейсы советских судов в республиканскую Испанию вызывают ненависть у фашистов. Опасения, к сожалению, подтвердились...
Вечером 13 декабря в море к «Комсомолу» приблизился военный корабль, не имевший опознавательных знаков. Запросив о том, какой груз на борту и куда следует судно, он удалился. Это насторожило капитана Мезенцева. И действительно, на следующий день, 14 декабря, когда судно миновало траверз Алжира, к теплоходу подошел крейсер «Канариас», принадлежавший мятежникам, и потребовал: «Остановить машину! Покинуть судно!». Теплоход застопорил ход. Поднявшись на судно, вооруженная группа во главе с офицером конфисковала все судовые документы и паспорта моряков, заявив капитану, что через несколько минут теплоход будет расстрелян.
С тяжелым чувством 36 членов экипажа, среди которых были две женщины, покидали теплоход. Организованно погрузились в шлюпку, взяли компас, карты, теплые вещи и продукты питания. Едва отошли от борта, увидели сигнал «Прибыть на крейсер». Это было интернирование или просто плен...
А с крейсера между тем фашисты открыли огонь по судну. Каждый выстрел щемящей болью отзывался в сердцах моряков. На их глазах погибал родной теплоход.
Только 20 декабря 1936 года ТАСС сообщило: «Пиратский крейсер испанских фашистов 14 декабря сего года поджег и потопил судно «Комсомол». Окончательная судьба команды выясняется».
О гибели судна писали Лев Кассиль и Алексей Толстой, ему посвящал вдохновенные строки поэт Александр Безыменский. Целые газетные полосы отводились сообщениям о митингах протеста, охвативших всю страну.
Родина делала все возможное, чтобы узнать о судьбе экипажа. Моряков ждали нелегкие испытания. Восемь суток находились они в стальных казематах крейсера. Затем их доставили в построенную еще в средние века тюрьму Пуэрто дель Санта-Мария в Кадисе. Мужественные моряки переносили невероятные лишения, холод и голод. Мрачные, полные крыс и насекомых камеры тюрьмы. Уже сам по себе режим этой тюрьмы был нескончаемой пыткой, которую, казалось, не вынесешь и неделю, а к нему прибавлялись бесконечные допросы, побои, угрозы, издевательства. На допросах моряки вели себя стойко, держались с достоинством.
Наконец, морякам объявили смертный приговор и рассадили по камерам смертников. Потянулись страшные дни ожидания казни. Придавала сил лишь надежда, что Родина не оставит в беде.
Не раз моряков выводили во двор тюрьмы и инсценировали расстрел. Потом они услышали заявление начальника тюрьмы, что милостью генералиссимуса Франсиско Франко смертная казнь морякам заменена тридцатью годами тюремного заключения.
В ответ на новые психологические провокации узники решили организовать ... «университет». В камерах моряки слушали лекции о судовых приборах, навигации, внешней политике страны.
Изнурительные тюремные месяцы. Моряки, как могли, поддерживали и подбадривали слабеющих товарищей: ведь в экипаже были и женщины.
Советское правительство предпринимало настойчивые усилия, чтобы вырвать их из застенков.
В результате длительных переговоров с помощью Международного Красного креста удалось добиться освобождения членов экипажа. 3 октября 1937 года корреспондент ТАСС передал из Франции сообщение, что в Париж прибыла первая группа из 11 моряков «Комсомола» во главе с капитаном Мезенцевым. На теплоходе «Андрей Жданов» моряки отправились из Гавра в Ленинград. А 17 октября в 7 утра судно уже подходило к причалу морского вокзала. На набережной с огромными букетами стояли жены, дети, отцы, матери моряков. «Комсомольцы» попали в горячие объятия родных и друзей. Через месяц прибыли еще 18 членов экипажа. Последние оставшиеся в фашистских застенках 7 моряков были освобождены лишь через два года и восемь месяцев.
Родина высоко оценила мужество и героизм экипажа. Орденами и медалями были награждены капитан Г.А. Мезенцев, старший механик Ф.В. Дрен, моторист В.Ф. Васильев, матрос И.П. Гайдаенко и другие.
Возвратясь на Родину, моряки с «Комсомола» снова участвовали в ответственных рейсах. Находясь в Валенсии на одном из наших судов, трое моряков — Василий Фомин, Владимир Подгорецкий и Василий Титаренко — попросили у командования, чтобы их записали в интербригаду. Просьба их была удовлетворена, и они сражались в составе прославленной 12-й интернациональной бригады, защищали Мадрид. Кстати, все тогда остались живы, получили государственные награды.
По-разному сложились судьбы бывших узников фашистских застенков. Г.А. Мезенцев был назначен капитаном парохода «Харьков», который стал главным буксировщиком плавдока с грузом из Одессы в Петропавловск-Камчатский. 
 Особенностью экспедиции явилось то, что док должен был нести полезную нагрузку. На нем отправлялись предназначенные Амурскому речному пароходству катера «Чкалов», «Беляков» и две лихтерные баржи. Они находились на стапель-палубе на специальных кильблоках и были укреплены стальными тросами. Для буксировки было использовано крупнейшее по тому времени судно-пароход «Харьков» (капитан В.Э.Цильке), водоизмещением около 17000 тонн, дедвейтом 11800 тонн, который должен был доставить на Дальний Восток 6500 тонн груза. Кроме того, на борту парохода находилось 3500 тонн бункерного угля и воды, что позволило ограничиться только двумя заходами в иностранные порты, сэкономив валюту. В буксировке дока принимал участие и морской буксир «Тайфун».
Флотилия вышла из Одессы 30 марта 1938 года. Первый шторм встретили в Эгейском море. Док выдержал удары сильной зыби. Стихия не раз затрудняла плавание. В Тихом океане шторм достигал 9 баллов. Волны заливали стапель-палубу дока, выбило несколько деревянных клиньев. 20 июня, когда рассеялся туман, участники перехода увидели белоснежные шапки сопок. Это была долгожданная Камчатка. В полночь экспедиция прибыла на внешний рейд Петропавловского порта.
В течение 82 дней плавания было пройдено около 11 тысяч миль. Экспедиция прибыла в пункт назначения на 20 дней ранее намеченного срока. Коллектив успешно справился с заданием. Моряки с честью пронесли знамя нашей Родины через десять морей и два океана.
Личный состав флотилии работал дружно и самоотверженно. Преодолевая жестокие штормы, нестерпимый тропический зной, моряки установили рекордную для океанских буксировок среднесуточную скорость. Обязательство коллектива завершить рейс досрочно было выполнено, и в этом, безусловно, была большая заслуга капитана Г.А. Мезенцева.
С осени 1938 года он стал заместителем начальника, а с 1939 года — начальником Черноморского пароходства.
В годы Великой Отечественной войны для улучшения оперативного руководства перевозками на Черном и Азовском морях в июле 1941 года было создано Черноморско-Азовское бассейновое управление (ЧАБУ). Его начальником был утвержден Г.А. Мезенцев. Суда ЧАБУ с первых дней войны участвовали в боевых операциях. Пополнение войск военной техникой продовольствием, топливом, вывоз раненых и эвакуация мирных граждан, оборудования заводов и фабрик, высадка морских десантов, работа плавгоспиталей — это далеко не полный перечень того, чем занимался торговый флот. В 1942—1944 годах Мезенцев, как уполномоченный Наркомвода на Северном Кавказе, руководил доставкой снаряжения, боеприпасов, горючего для защитников Сталинграда. В 1944—1948 годах он руководил Дальневосточным пароходством, флот которого доставлял стратегические грузы из США, участвовал в войне с Японией. В 1948 году его перевели в аппарат ММФ руководителем одним из главных управлений.
Капитан Г.А. Мезенцев отдал морю около полувека своей жизни. Георгий Афанасьевич — автор книг «Последний рейс «Комсомола» и «Под флагом Испанской республики». Он руководил «Клубом капитанов» в Москве. Награжден тремя орденами Ленина, Отечественной войны 1-й ст., Красного Знамени, Трудового Красного Знамени, многими медалями. Его именем было названо одно из крупнейших судов в Черноморском пароходстве.
В этом году исполняется 110 лет со дня рождения капитана Мезенцева. Сегодня ветераны завода радиально-сверлильных станков в Одессе, где длительное время директором работал родной брат Георгия Афанасьевича — Сергей Афанасьевич, поднимают вопрос перед городскими властями о присвоении одной из улиц города в районе завода наименования «Братьев Мезенцевых». И ветераны флота, работники морской отрасли поддерживают это предложение. 
 
Олег Булович,
заместитель председателя Совета ветеранов флота ЧМП,
Почетный работник Минморфлота СССР



Ports_of_ukraine | by Dr. Radut